Фиби — Wuthering Waves

Родители Фиби из семьи Марино погибли при нападении диссонансов во время поездки в Новую Федерацию. Оставшееся семейное имущество ушло на погашение долгов, а попытки пристроить маленькую Фиби к родственникам не увенчались успехом. Сестра Изабелла и приют Ордена стали для неё постоянным домом, где она училась утешать других, хотя сама ещё переживала утрату.

В детстве Фиби тайком пробралась на торговое судно, надеясь найти пропавших родителей. Корабль попал в шторм и потерпел крушение; девочка едва не утонула, но очнулась на берегу с недавно проявившейся Тацетной меткой. Обнаружившие её послушники сочли это благословением Стража, сама же Фиби сохранила смутное воспоминание о неизвестном добром существе, которое доставило её на берег. История не раскрывает окончательно, кто это был.

Позднее Фиби крепко подружилась с Бренно и другими эхо, которые помогали ей справляться с ночными кошмарами. Эти друзья также вернули из моря потерянный медальон, сохранив дорогую ей связь с семьёй. Старая материнская копия Кодекса и маленький сувенир в виде синей птицы тоже хранят воспоминания о её детстве.

Благотворительная деятельность Фиби и исключительно стабильный резонанс помогли ей получить повышение из ранга начинающей послушницы. Однако в документах Ордена выражалось беспокойство, что её близость к эхо нарушает требование беспристрастного отношения к священным посланникам; поэтому ей рекомендовали работу в Ведомстве священных обрядов, а не в Зале служения. В приюте старший однажды отругал её за то, что она ласково коснулась эхо. Эта история показала разрыв между профессиональными правилами и дружбой, которую Фиби не считала чем-то дурным.

Посох, подаренный Изабеллой в день её назначения послушницей, был создан по образу птиц, которые, согласно преданию, сопровождали Императора. Связанный с надеждой символ отражает понимание веры Фиби: прежде всего через повседневную доброту, а не только через суровое осуждение.

Когда эхо начинают пропадать в окрестностях Пристанища Шепчущего Ветра, Фиби, разыскивая друга Беппе, встречает Ровера и Зани. Улики приводят их к Джильберто из семьи Фисалия, который с помощью заражённых цветов превращает эхо в агрессивных диссонансов. Фиби требует от него ответа за содеянное. Когда угроза Рагунне усиливается, она остаётся с Зани и решает дать показания от имени Ордена, чтобы семья Фисалия не смогла отмахнуться от доказательств, а Ровер отправляется дальше, к Святилищу Нимбус.

Позже Фиби присоединяется к группе в Святилище Нимбус, где узнаёт «Арию Благословенной Девы» и пытается достучаться до Лорелей. Когда группа освобождает Лорелей от влияния заражённых цветов, это остаточное существо опровергает версию Ордена о том, как Страж общался с Примусом Фенрико. Фиби нелегко примирить её свидетельство со своей верой в Просветлённого. Она возвращается в Орден, чтобы обдумать услышанное, а не делать вид, будто противоречия не существует.

Во время возобновлённого Карнавала Фиби видит, как Ровера чествуют в качестве лауреата. Радостное празднество напоминает ей о детских торжествах с родителями и заставляет усомниться в утверждении, будто Император осудил бы людей за веселье. Фиби начинает понимать, что вопросы, которые она откладывала, заслуживают ответов, и надеется, что Ровер поможет их найти.

Когда Ровер и семья Монтелли расследуют тайны Благословенной Девы, они обращаются за помощью к Фиби. Изучая документы Ордена, она подтверждает, что женщина, позднее известная как Флёрделис, прежде носила имя Картетия. Это даёт важную зацепку в истории, которую скрывала Рагунна.

После борьбы Ринаситы с Левиафаном и крушения прежнего порядка божественного правления Картетия говорит Фиби, что её вера в Императора никогда не сводилась к послушанию: она верила в деяния и идеалы Стража. Затем Ровер передаёт Фиби реликвию, в которой, как считается, заключено будущее Ринаситы. Обнаружив, что она пуста, Фиби осознаёт: это будущее ещё только предстоит создать самим людям. Она продолжает участвовать в восстановлении Рагунны. Эти события открывают новое направление её веры и служения, не устанавливая окончательного завершения её жизненной истории.